Отряд не заметил потери бойца

Очень точное наблюдение психолога Адрианы Имж:

"Вогнутая граница, зависимость и безответная любовь

Довольно много пишут про слияние как про основу зависимости и созависимости.

Но нечувствительность к маленькому расстоянию (желание склеиться с другим) довольно часто приводит к нечувствительности и к большим расстояниям. Для зависимых и созависимых часто ни расстояние, ни время не являются значимыми и в смысле действительно больших величин.

Я не видел человека пять лет - и все равно его люблю. Я живу а Москве, а он в Пекине, мы никогда больше не встретимся - я все равно его люблю. Он вступил в новые отношения, у него появились дети с новым партнером, он стал алкоголиком, убил сто человек - я все равно буду его любить. 

Мои чувства и воспоминания не позволяют заметить, что человек ушел и довольно далеко. Я словно пытаюсь жить в снесенном доме, потому что когда-то в нем было тепло и уютно.

Подобная нечувствительность к себе делает нзначимыми перемены и в жизни другого человека, делает меня плохим и нечувствительным партнером.

В любви и близости на самом деле нужны тонкие настройки и готовность отстаивать себя, и умение адаптироваться (а не полностью и всегда принимать) к изменениям другого."

(Источник)

Агония чувств

Адриана Имж, психолог:

В созависимости привязаны и страдают оба. В зависимости - только один.
По моему опыту, с зависимостью разобраться проще - если удается понять, что второго там нет и не было, это все только в твоей голове, а человек живет своей жизнью, а в ряде случае и вовсе не похож на то, что ты в нем любишь.
В случае созависимости, каждый из партнеров в стадии агонии чувств способен на невероятные подвиги, лишь бы вернуть ушедшего - здоровый человек в такое вряд ли полезет без серьезного основания. И это и задает уникальность переживаний "МЫ ТАКИЕ ОСОБЕННЫЕ". Начинает казаться, что такая любовь стоит любых страданий. Плюс агония чувств партнера может быть очень пугающей - показательные суициды, уход в алкоголь, уничтожение ценных вещей и другой вред себе и другим. То есть возникают невероятная ответственность и страх. А это те еще наркотики, отказаться от них очень тяжело.

(Отсюда)

Вырастить внутреннее "Я"

Адриана Имж, психолог:

Очень часто люди приходят с созависимостью, потому что больно, ужасно, непереносимо.
Но они все равно не представляют, как будут жить без этого человека - он занимает в их внутреннем мире столько места, что просто нереально его выдернуть без кошмарных повреждений.
В терапии же происходит простая, банальная штука - мы постепенно выращиваем внутреннее я человека так, чтобы он мог заполнить это место. И тогда бывший созависимый сам выталкивает то, что ему больше не нужно.
И это всегда так удивительно - когда тот, чья жизнь была посвящена служению некоторому внешнему человеку, начинает новые отношения, в которых есть место каждому, но никто не внутри другого.
И это все происходит спокойно, естественно и без какого-то ужасного мучения себя или другого.
Это не всегда именно так складывается - иногда болезненное отношение к объекту зависимости сохраняется еще очень долгое время. А иногда все получается идеально, как в учебнике. И восторг.
Ради этой тихой радости в сессии и работаешь.

(отсюда)

Зависимость как повторение непройденного

Через зависимость заявляет о себе потребность более ранняя и сильная, чем потребность в автономности и отдельности – потребность в зависимости, в безопасности, в слиянии.

И чем больше были эти потребности фрустрированны в положенное для них время, тем глубже они ушли в бессознательное, и тем более непредсказуемо и хаотично они будут проявляться в жизни.

Я решаю одно, а делаю – другое. Понимаю, что для меня полезно и хорошо, а выбираю – противоположное. Хочу уйти – и остаюсь. Хочу действовать – и бездельничаю.

В  работе с созависимостью очень важно осознать эту потребность в слиянии и зависимости; желание быть безответственными, ведомыми, слабыми – и увидеть контекст в котором подобное состояние было нормальным.
Для младенца вполне естественно быть слабым, безответственным, зависимым от матери, находиться с ней в слиянии и чувствовать удовольствие от этого. Это та безопасная и питательная среда, в которой зарождается его будущая психическая автономность, но лишь зарождается.

И будучи выдернутым из нее раньше времени или столкнувшись на следующем этапе роста с чем-то слишком трудным, он будет стремиться вернуться обратно, воспроизвести «хороший» опыт – слиться, раствориться, не отвечать ни за что.

Что в зависимом поведении и отыгрывается.

Как и фиксированность на одном объекте/желании – ведь отношения с матерью у ребенка диадические, весь мир состоит из них двоих, все потребности и желания реализуются в контакте с ней одной.

И невозможно «накачать» свою взрослую, ответственную часть, игнорируя часть слабую и зависимую, - так или иначе она прорвется и заявит о себе, как и любые другие отрицаемые состояния.

Замечая такую составляющую своей личности, хорошо понимая ее нужды, контекст существования, возможно увидеть картинку в целом – настоящее время, настоящие свои возможности и положение, провести ревизию целей и средств.

Отсюда. Авторский пост - здесь.

Участник созависимых отношений

Психолог Наталья Кундрюкова:

"Участник созависимых отношений имеет:
- неосознанную индивидуальность (непонятно, что я собой представляю в отдельности от других)
- слабое представление о себе как о личности (хрупкая самоценность, несформированное личное мнение, страх самопрезентации)
- отсутствие оригинального мировоззрения и мировосприятия (на мир смотрит через глаза других, значимых взрослых, через чужой опыт)
- отсутствие личностных границ (неясно, где заканчиваюсь я и начинается другой)
- невыносимость регулярных усилий по развитию собственной личности и постоянное желание что-то сделать с другим, переделать его на свой лад
- идею о том, что соучастник отношений без него погибнет и его надо спасти, именно в спасательстве моя ответственность, а не в том, чтобы заботиться о себе
- жалость к партнеру, как триггер контакта
- чувство вины за попытку отдельности (личное хобби, другой взгляд на уклад жизни)
- стыд за то, что ничего не может изменить.

По сути, участник созависимых отношений раз за разом делает один и тот же выбор – оставаться в этих отношениях, стараясь  находить этому все новые и новые объяснения. На эти поиски тратится масса энергии.
Он может героизировать свой выбор и облекаться в роль мессии или переживать свою жертвенность, самоуничижаться. Бывает, делает это попеременно.

Парадокс в том, чтобы преодолеть созависимость, нужно выйти за пределы слияния. Выйти не получается из-за незрелого Я, на которое невозможно опереться.

Разрыв отношений не приводит к освобождению от созависимости. Преодоление созависимых отношений получается в результате укрепления личности, а это делается только в отношениях с другим, который уже вырвался из плена. Такого надо еще поискать."

(Источник)

Родиться заново

Из симбиотических отношений сепарация настолько затруднена по одной простой, но не всегда осознающейся причине. В таких отношениях есть лишь мать, есть лишь ее представления о ребенке, ее желания, ее чувства. Ребенок же, лишенный пространства для обнаружения его личности, не знает, кто он, какой он и чего из себя представляет. По сути его нет в таких отношениях, нет, как личности. Он есть лишь как продолжение матери до тех пор, пока есть она.
Поэтому все, что сознательно или бессознательно знает о себе такой ребенок, относится на самом деле к материнской психике.
При сепарации, а она, конечно, возможна, он будет чувствовать, что теряя мать, он по сути теряет всё, и самого себя в первую очередь. Поэтому и возникает тот невероятный ужас исчезновения, небытия, и потому самостоятельно такая работа невозможна.
Ребенку, выросшему в симбиотическом слиянии, необходимо обрести такое пространство, в котором он сможет сначала узнать нечто о себе, а затем отделить себя от матери. В таком случае, пройдя через ужас небытия, он не исчезает, а наоборот, появляется. Это словно рождение, после которого он уже есть. Точнее, именно в таком пространстве и удается пройти сквозь этот ужас, почувствовав себя существующим.
Такие люди дают максимально жесткую негативную терапевтическую реакцию, переживая сепарацию как смерть, как бы демонстрируя то, что они всегда носят в себе. Без нее меня нет, меня нет для всех, я не принадлежу себе, возможно, я даже и не существую, а вместо меня живет она. Защиты такого человека вопиют о том, что отделяться от матери ни в коем случае нельзя, это настолько опасно, что туда ходить нельзя. То есть это жесточайшие запреты к отделению, которое воспринимается как умирание, а не как выход в жизнь.
Но к счастью, в терапевтических отношениях, благодаря поддерживающему пространству и альянсу с терапевтом или аналитиком наконец-то становится возможным осмыслить все то, что такой человек никогда не знал сознательно, а значит, появляется шанс действительно возникнуть, родиться и жить свою жизнь.

Отсюда

Давать и получать

...зависимый человек – идеальный партнер для созависимого. Как и пара нарцисс-пограничник, они дополняют друг друга. Каждый из них не умеет заботится о самом себе, но зависимый нуждается в заботе, а зона комфорта созависимого - заботится о других. Зависимый находится в интимных отношениях с алкоголем, наркотиком или патологическим поведением (в случае с игровой или сексуальной зависимостью) и не имеет ни желания, ни возможности что-либо дать партнеру, а созависимый не умеет принимать, поэтому ему будет некомфортно с дающим партнером.
Целиком - здесь.